solveig_54 (solveig_54) wrote,
solveig_54
solveig_54

Их звали Черные Шлыки

Знаете, что такое интернационализм по-националистически? Это когда националисты всех стран объединяются в борьбе против коммунистов. В Гражданскую войну представители разных наций (интернационалисты) сражались не только в рядах Красной Армии. Очень много националистов, особенно прибалтийских, служило в армии Украинской Народной Республики. В свою очередь, некоторые украинцы сражались за свободу стран Прибалтики, в частности Латвии.

В период Гражданской войны Украина оказалась главным местом формирования многих национальных армий. Например, в Ровно, в конце 1917 года был создан 1-й Литовский батальон, вскоре переброшенный на родину и ставший основой для формирования собственных вооруженных сил. Из Киева в конце 1918 года в Каунас отбыл будущий военный министр Литвы — полковник армии гетмана Скоропадского Жукас. Из шинелей молодой украинской армии вышли будущие организаторы Белорусской народной армии (была и такая!) генерал К. К. Кондратович (Сырокомля) и ее начальник штаба — киевлянин подполковник Бородич, несколько видных офицеров эстонской и грузинской армий.

Полковник Петр Радзиньш (латыш) в украинской армии прослужил более года — с июня 1918 по август 1919-го. Он работал в оперативном отделе, был начальником штаба Черноморского коша армии УНР. Из воспоминаний, ему, как латышу, очень доверял Симон Петлюра. В своей армии он занимал должность начальника Генерального штаба. Ныне в Риге на одной из центральных улиц, напротив здания латышского военного министерства, висит роскошная доска Петру Радзиньшу — латышскому генералу и украинскому полковнику.

Их звали Черные Шлыки

Большинство большевистских и белогвардейских командиров в своих мемуарах не различали отдельных частей армии УНР. Своих врагов они именовали презрительным прозвищем «петлюровцы», делая исключение разве что галичанам. Однако был загадочный отряд черношлычников который и белые, и красные называли именно так.

Они панически боялись этого отряда. Черношлычники появлялись всегда зловеще и неожиданно, не даря милости врагам. Черношлычники уходили от любых преследований …

За всеми теми баснями, которыми большевики и белогвардейцы даже спустя много лет после войны пугали детей, стояла вполне реальная военная часть армии УНР — конный полк Черных Запорожцев.

Черных Запорожцев небезосновательно боялись и красные, и белые. В подавляющем большинстве черношлычники были либо прирожденными казаками-рубаками, либо кавалеристами старой русской армии, которым противостоять в конном строю крайне тяжело. Командиров и комиссаров РККА в плен не брали. Да и русских — не всегда. Что касается украинцев и татар, то их ставили в строй — в Пластунский курень (батальон) полка. Этот курень в 1920 году для всей армии считался штрафным — туда отправляли провинившихся бойцов. Белых после сентября 1919 года Черные Запорожцы вообще не брали в плен, на то были свои причины: белые расправились с несколькими попавшими в их руки черношлычниками.

Черношлычники

Началом полка Черных Запорожцев стал Отдельный Запорожский отряд, сформированный в феврале 1918 года из защитников Киева.

В управляемом подполковником Петром Болбочаном 2-м пешем курене (батальоне) появилась команда из 50 конных разведчиков. Возглавил ее военный чиновник Иван Благо. После освобождения Киева и Полтавы в Запорожский отряда повалили добровольцы, и уже вскоре отряд превратился в бригаду, а затем — в дивизию. В Полтаве разведывательная команда 2-го Запорожского пешего полка развернутого из 2-го куреня, значительно пополнилась людьми и была превращена в конную сотню. Чиновник Благо передал командование сотней кадровому военному-кавалеристу, сотнику Николаю Римскому-Корсакову.

Конная сотня 2-го Запорожского полка тогда была одета в костюмы кубанских казаков — защитные бешметы и темно-синие черкески. Кроме того, по решению командования всем конникам Запорожской дивизии был назначен головной убор — казацкая шапка с матерчатым шлыком. Конники 2-го полка должны были носить шлыки черного цвета. Через это казаков сотни Римского-Корсакова стали называть Черными Шлыками, или черношлычниками.

Боевой путь сотни прошел в рядах полка подполковника Болбочана — они освобождали от большевиков Харьков, Екатеринослав (Днепропетровск), Александровск (Запорожье) и Крым. При Гетмане Скоропадском Черные Шлыки в составе 2-го Запорожского полка охраняли Украинские границы.

Война для них не прекратилась, запорожцы должны были постоянно отражать нападения большевистских банд, которые с российской стороны прорывались на Донбасс, Харьковщину и Черниговщину. Сотня Черных шлыков была также ударной силой противогетманского переворота в Харькове. Именно черношлычники арестовали командующего Харьковского корпуса генерала Лигнау и руководство города. Они очистили от гетманцев и анархистов Полтаву. На Харьковщине, Полтавщине и Донбассе была установлена власть Директории Украинской Народной Республики.

Болбочановцы

После переворота Директории Отдельная Запорожская дивизия была развернута в армейский корпус. Черношлычников переформировали в конный дивизион. Кадрами для пополнения сотни должны были стать повстанцы, отряды которых массово появлялись по всей Украине. Тут и возникли проблемы.

Начав восстание против гетмана Скоропадского, социалисты Петлюра и Винниченко сделали ставку на сельский люмпен — голытьбу , шалопаев и бродяг. Зверь выпестованный против гетмана, в конце восстания набросился на своих же создателей. Сельский люмпен охотно подхватил лозунги большевиков и анархистов и развернул оружие уже против новой украинской власти. За год, распробовав власть большевиков те же люди сражались в повстанческих отрядах уже против красных. Но это случилось гораздо позже.

Повстанцы, вовлеченые в штатные воинские части сеяли анархию и хаос. Их стараниями были разложены 11-я пешая и Серожупанная дивизии. Но с черношлычниками этот фокус не прошел, их командиры душили непослушание в зародыше. «Пустил и я своего коня наперерез повстанцу и, догнав, сбил лошадь вместе со всадником и, соскочив, начал рукояткой пистолета учить дисциплине … На рассвете подъехал вчерашний «крестник» с забинтованной головой и по воински спросил, что должен делать дальше», — вспоминал позднее полковник Петр Дяченко.

С началом нашествия русских, тылы Украинского войска начали разрушать отряды анархистов Махно, Чередняка, Ковтуна, Сахарова, левого эсера Шинкаря и большевистские ревкомы.

Войск против этих банд почти не было — в них нуждался фронт. За дело взялись немногочисленные отряды Украинской конницы. В конце декабря бандам Махно удалось захватить важный железнодорожный узел в Лозовой и отрезать Харьков от Украинского гарнизона в Екатеринославе. В Лозовую были брошены дивизион Черных шлыков во главе со значковым (поручиком) Петром Дяченко.

Стремительным ударом черношлычники выбросили «батьку» со станции и захватили богатые трофеи — два вагона серого и черного сукна и три вагона сахара. После вывода дивизиона в Кременчуг значковый Дьяченко посетил местных портных и заказал им с трофейного сукна полный комплект униформы на полк. Расплатился он с портными трофейным сахаром.

Когда командующий Левобережной группы армии УНР атаман (генерал) Болбочан приехал на осмотр, черношлычники встретили его в новеньких черных кафтанах и серых черкесках. Значковому Дьяченко пришлось давать объяснения — атаман Болбочан НЕ прощал мародерства. Когда командующему доказали, что новая форма «оплачена» батькой Махно, атаман Болбочан похвалил всадников. «Даже царская гвардия не выглядела лучше», — отметил командующий и позволил черношлычниками называться дивизионом им. Атамана Болбочана. Черношлычники стали болбочановцамы.

При отступлении запорожского корпуса из Харькова и боях под Полтавой, Черные Шлыки прикрывали с боями отход своих. Ситуация складывалась не в их пользу — снег взялся ледяной коркой, которая ранила ноги лошадям. Коннице, которая при других условиях наделала бы красным многие бедствия, пришлось воевать с ними … пешком.

22 января в расположение отведенных на отдых болбочановцев прискакал штабной старшина, который сообщил, что в Кременчуге произошла беда — гайдамаки сотника Волоха с приказом Главного Атамана Петлюры арестовали командующего Левобережной группы армии УНР атамана Болбочана по обвинению в измене. Разъяренный дивизион галопом долетел до штаба и вместе с пехотинцами полка им. Ивана Мазепы окружил здание.

Черные Шлыки вырезали бы гайдамаков всех до последнего. Но Петр Болбочан не хотел кровопролития между Украинцами и приказал казакам отдать дело на милость суда. Запорожцы должны были отступить. Петр Болбочан был отвезен в Киев. Он поплатился за благородство в отношении врага и его дальнейшая судьба была трагична. Через полгода по обвинению в измене он был расстрелян по приказу Петлюры

Командиру Черных шлыков сотнику Римскому-Корсакову грозило наказание, поэтому он вынужден был покинуть дивизион. Новым и последним командиром дивизиона, а с марта 1919 года — полка, стал значковый Петр Дяченко. По требованиям командования болбочановцы изменили свое название и с тех пор назывались: полком Черных Запорожцев. Но даже через много лет, восхваляя мужество того или иного товарища, ветераны полка писали: «хороший был казак, настоящий болбочановец».


Черные Запорожцы

Социалисты из Директории всерьез считали, что стоит заменить кадрового царского военного атамана Болбочана на «выходца из народа» сотника Волоха и положение на фронте мигом улучшится. Но случилось все с точностью наоборот. От армии УНР откололись отряды атаманов Григорьева, Зеленого, Ангела и Хименко. А вновь сформированные полки Директории митинговали и отказывались выезжать на фронт.

Запорожский корпус продолжал отступать в условиях гораздо худших, чем прежде. Голодные полки охватила эпидемия тифа. Социалисты не смогли обеспечить войско продовольствием и лекарствами. Полковник Дьяченко вспоминал: «Со дня ареста полковника Болбочана наш полк не получал денег, пришлось жить за счет крестьян и из того, что забирали у большевиков».

Полк Черных Запорожцев в этих условиях должен был постоянно охранять фланги и тылы пеших полков, преимущественно от разложенных большевистской пропагандой петлюровских же частей. На Запорожский корпус наседали большевики, а сотник Волох был неспособен организовать оборону. 12 апреля Запорожцы были прижаты к румынской границе.

Румыны согласились пропустить корпус к главным силам армии УНР через свою территорию. Но дорогой румыны не давали украинцам покупать продукты и разоружили весь корпус. Весь, кроме Черных запорожцев. Командир полка Петр Дяченко проявил незаурядный дипломатический талант. Вопрос обеспечения полка продовольствием он решил просто — банально дал румынскому полковнику взятку (подарил тройку лошадей).

Когда Черный полк пришли разоружать, черношлычники убедительно объяснили румынам, что этого делать не надо. «Снова шутя, спросил я румына, что возможно его его уже кто обезоруживал?» — вспоминал полковник Дьяченко.

Полк Черных Запорожцев был единственным, кто вернулся в армию УНР с оружием, лошадьми, боеприпасами и военным имуществом. У Черных Шлыков тогда было 250 всадников, около 60 пластунов-пехотинцев и 8 пулеметов (из них 4 на тачанках). Вместе с нестроевыми — 500 казаков и командиров.

Украинским военным в это время удалось стабилизировать фронт и даже перейти в контрнаступление.

Большевистская политика на занятых территориях Украины привела к массовому восстанию крестьян. Этим воспользовались Вооруженные силы Юга России генерала Деникина, которые повели против большевиков свое наступление. В то же время правительству УНР удалось заключить перемирие с поляками и бросить против красных Украинскую Галицкую армию. Заново вооруженная и переформированная в три дивизии Запорожская группа наступала к Днепру. В авангарде шел полк Черных Шлыков: «30 августа 1919 наши патрули вошли в Киев, а за ними и весь полк. Местное население забросало нас цветами ».

За Украину вопреки правительству

Есть немало причин тому, почему, заняв Киев, украинская армия сдала его белым тот же день. Кроме того, есть немало причин, почему руководители Директории так и не смогли удержать власть в Украине, имея для этого все что нужно было. Но главная причина очевидна — Главный Атаман Семен Петлюра и его министры были просто не способны руководить Украиной.

Даже через много лет полковник Дьяченко злился: «Почему мы, имея против себя 42-й Донской полк и Симферопольский пеший полк (обычное заграждение), оказались в «Любарском треугольнике»; почему, имея все Правобережье, мы оказались зимой без теплой одежды, без сапог; почему наши старшины и казаки тысячами умирали от тифа; почему, наконец, Галицкая армия перешла к Белым москалям и кто ее к этому вынудил?»

В другом месте он просто смеялся: «Марш через богатые районы … позволил хозчасти запастись обувью, закупив его средствами полка.На обеспечение сверху можно было не надеятся. Такой «буржуазной» привычки не было у нашего правительства, хотя оно могло бы научиться у УГА, что такое плановое хозяйство … »

Социалисты из правительства УНР организовать хозяйство в тылу не могли, поскольку не умели.

Однако, не доверяя украинским командирам, они завели в армии «государственную инспектуру» , что фактически был институтом комиссаров, вроде большевистских. Инспекторы не так помогали командирам частей, как сеяли недоверие между старшинами и казаками. В Черном полку от такого инспектора избавились очень быстро — при первом же бою его затащили на передовую, после чего инспектор испарился сам.

Такие условия содержания и настроения внутри подразделений, косили украинское войско хуже врага. Бойцов-украинцев убивал тиф. Их изнурял голод. Многие не выдерживали и перебегали к белым. Однако Черный полк даже при таких условиях оставался лучшим.

За Свободную Украину черношлычники сражались с одержимостью фанатиков, даже не благодаря правительству УНР, а вопреки ему.

Черные не могли изменить обеспечения всего войска, однако они создали систему поставок собственного полка через реализацию трофейного имущества. Черные не могли без правительства увеличить полк количественно, однако они усиливали его качественно. «Постой в Кременчуге использовался для форсированных учений не только полевой службы (преимущественно ночью), но и к формальной муштры», — описывал полковник Дьяченко отдых черношлычников в тылу.

Наконец Черные Запорожцы не могли без правительства улучшить свое вооружение. Вместо этого они били противника психологически. Для сеяния паники во враждебных рядах как раз и были нужны черные кафтаны, черные шлыки, черные флажки на копьях и … слава зловещих воинов, не дарящих милости врагам и в плен не сдающихся.

Полковник Дьяченко в своих мемуарах, словно между прочим, вспоминал: «Конечно, мы порубили комиссаров», или: «Пленных не было, ибо полк редко брал их». Зловещий нрав черношлычников подтверждали многие современники.

«Черношлычники … в плен не сдавались, бились отчаянно. Имели славу беспощадных и непримиримых … Люди, которые , кроме безудержной отваги, были готовы на самое опасное дело, казнили в себе вместе с чувством страха все остальное человеческое, хорошее », — вспоминал адъютант 2-го Запорожского полка сотник Никифор Авраменко. С ним соглашался бывший командующий армии УНР генерал Михаил Омельянович-Павленко: «О Черных Запорожцах надо говорить отдельно … Где произошел какой дебош, — Черные; славное военное дело — они же …» И при этом: «Редко какая часть в армии могла похвастаться такими боевыми трофеями, как Черные: десятки больших и малых пушек, сотни пулеметов, тысячи пленников, о обозах и вспоминать не приходится … Это был истинный полет соколов. Казаки во всем черном, с летучими в воздухе длинными шлыками вызывали среди врагов панику».

Все это правда. Черные запорожцы не были светлыми рыцарями из сказки. Это были хищные, жестокие и безумно храбрые волки войны.

Очевидно, что в тех условиях никто другой лучше них воевать просто не смог бы. А НЕ воевать было нельзя — на карту положена была судьба страны.

Полковник Болбочан в такой бы ситуации сказал: «Мы перед Родиной свой долг выполнили честно, а если кто нас будет в чем-либо обвинять, пусть делает это тот, кто больше нас отдал Родине».

Черный путь в легенду

Был ноябрь 1919 года. Украинская армия в подавляющем большинстве лежала в тифе. Эпидемия начала ее косить еще в августе — под Киевом. Медикаментов не было, армия таяла и откатывалась на Волынь. Здесь вместе с остатками армии УНР полк Черных Запорожцев был зажат в «Треугольнике Смерти» Любар-Черторыя-Мирополь общей площадью в 30 километров между поляками, большевиками и белогвардейцами.

Из 25 тысяч штыков и сабель осталось лишь пять тысяч бойцов, способных носить оружие. Глава УНР Симон Петлюра заключил временное перемирие с Польшей и с большей частью больных ушел на территорию, оккупированную польской армией. Оставшиеся 10—12 тысяч человек (из них свыше половины — больные тифом) во главе с генералом Омельяновичем-Павленко решили пробиваться к Днепру и там поднять восстание.

В полку в то время насчитывалось едва 220 сабель. В первые дни похода Черные Шлыки значительно пополнились кавалеристами из остатков различных украинских частей, их сила возросла до 350 сабель. Была сформирована 4-я сотня, и вместе с 3-й они составили 2-й конный дивизион Черных Запорожцев.

Было решено переходить к рейдовой партизанской войне. 6 декабря полк Черных вместе с походной группой армии УНР отправился в Зимний поход. Это был звездный час для Черных Запорожцев. Дальние рейды и стремительные маневры были их стихией. В этот поход, вскоре названный «зимним», пошел и поручик Броже.

6 декабря 1919 года оставшиеся в живых части Украинской армии прорвали белогвардейский фронт и, построившись в несколько колонн, отправилась по тылам белых к своей цели. Когда же в январе 1920 года Украина была вновь занята красными, начали войну с ними.

Преодолевая все вражеские заставы, Черный полк на много километров отрывался от Украинских походных колонн и как призрак появлялся за спиной у деникинских и красных гарнизонов.

17 декабря Черные Шлыки нагрянули на Ставище и изрубили саблями штаб белогвардейского генерала Николая Бредова, того самого, что в Киеве победил «петлюровцев, которые не стреляли в белых». Генерал бежал от казаков на автомобиле, бросив черношлычникам и своих офицеров и штабное имущество. 24 января 1920 Черные встретили делегацию деникинцев, которые просили у Украинцев перемирия. Белым было уже не до «единой-неделимой» — они отступали. Началась война с большевиками. 10 февраля Черные Запорожцы и полк им. Ивана Мазепы выбили гарнизон большевиков из Смелы.

Армия дошла до Днепра, и командующий приказал Черным Запорожцам переправиться на Левобережную Украину. Полк перешел по льду и рысью направился к городу Золотоноше. Утром 15 февраля 1920 года дивизион Броже без выстрела ворвался в город. Конники дошли до здания гимназии, где размещался штаб красных, и начали обстрел. Им ответили ружейным огнем из соседних зданий. В бой втянулся весь полк. Половину Золотоноши заняли украинцы, половина осталась у красных. За городом разъезды Черных Шлыков поймали местных чекистов и комиссаров и всех изрубили.

Это было последнее возвращение Украинских войск на Левобережье. Черные Запорожцы, среди которых более половины составляли полтавчане и харьковчане, рвались к родным местам.

Но вечером полк покинул город, а вскоре по приказу командования вынужден был оставить и Левобережную Украину, для соединения с частями Армии УНР, проходивших переформирование на польской территории. На обратном пути Черные Шлыки наведались в имение Давида Бронштейна — отца ужасного Льва Троцкого.

Историограф Черных Запорожцев отмечал, что когда пришли черношлычники, хутор был еще целехоньким. Что с ним стало дальше, история умалчивает. Между прочим, Лев Троцкий в мемуарах писал, что его отец в 1920 году босым бежал из имения, спасаясь от преследования петлюровцев. Зажиточный землевладелец Бронштейн (еще и до того не обиженный ни белыми, ни украинцами ) на Родину больше не вернулся: знаменитый сын устроил его заведующим мельницей в Подмосковье. Выходит, что спасался тот именно от черношлычников под командованием латыша Броже.

6 мая 1920 Черные запорожцы завершили Зимний поход.

Интересный факт. Армия УНР, которая отправлялась в поход в численности около 10 тыс. человек, вернулась в составе 2100 штыков и 580 сабель, вместе с нестроевыми — 4319 человек. На этом фоне полк Черных Запорожцев начал поход в численности 417 человек. А вернулось 300 сабель, сотня пластунов-пехотинцев, 12 пулеметов на тачанках, 18 легких пулеметов и батарея из 2-х орудий. Всего более 500 человек — больше, чем отправилось в поход. Полк имел конное ядро, пулеметные тачанки для создания плотного огня, пушки для противодействия враждебным тачанка и пехоту для охраны своих тачанок и пушек в бою.

Следующие полгода Черные запорожцы били большевиков совместно с поляками. 18 мая Черные шлыки сошлись в сабельном бою с бригадой Григория Котовского, причем сам Котовский едва избежал плена. В разгар боя полковник Дьяченко перепутал его с другим украинским старшиной, и это спасло красного комбрига. 29 сентября черношлычники взяли в плен 300 красноармейцев, обоз с имуществом на 100 повозок и пять подвод пушечных снарядов. Но это были последние победы Черного полка.

Латыш Броже покинул украинскую армию в декабре 1920 года. Он уехал на поезде, следовавшем по маршруту Варшава — Рига. В одних мемуарах есть упоминание о том, что поручика провожал весь полк Черных Запорожцев, но это несколько сомнительно — поляки вряд ли бы выпустили полк в полном составе (хотя и безоружный) из лагеря интернированных. Зато в лагере Броже устроили пышные проводы. Хоть полковник Дьяченко и писал, что первое время казаки недолюбливали Броже за незнание украинского языка, это не мешало им относиться к поручику с глубочайшим уважением за личную храбрость и воинский профессионализм.

2 октября 1920 в Риге были начаты переговоры между Польшей и Советским Союзом.

Представителей Петлюры к переговорам не допустили. Украинское войско должно было отступать к реке Збруч. 20 ноября полк Черных Запорожцев был интернирован поляками. Для украинцев война была завершена.

Черные Запорожцы исчезли. Бывшие воины разъехались по всему миру. Однако черношлычники еще долго продолжали жить в памяти большевистских и белогвардейских командиров. В кошмарных снах видели они сияющие сабли всадников в шапках с черными шлыками.

Они были черношлычниками:

Дмитрий Гонта — выдающийся бандурист, известный концертами в Польше, Германии и США. В прошлом-командир 2-й батареи полка Черных Запорожцев.

Лавро Кемпе — австриец , впоследствии канадский актер и режиссер. В прошлом — казак полка Черных Запорожцев.

Карлис Броже — офицер латвийской полиции, руководитель участка. В прошлом — командир 2-го куреня, заместитель и т. и. о. командира полка Черных Запорожцев.

Петр Дяченко — командир полка Черных Запорожцев. Затем — майор Войска Польского. Позже — командир противотанковой бригады «Свободная Украина» в составе Вермахта.

Артюшенко Юрий — общественно-политический деятель, журналист, заместитель председателя Украинского национального объединения, редактор «Украинского вестника». В прошлом — хорунжий полка Черных Запорожцев.

Источники: http://tyzhden.ua/History/29552, http://ru.wikipedia.org/wiki/Чёрные_запорожцы, http://hronograf.narod.ru/09/svoboda.htm





Tags: УКРАИНА
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author